Роднина о мифе о «лучшем в мире» советском образовании и проблемах современной школы
Советская фигуристка, трехкратная олимпийская чемпионка и ныне депутат Госдумы Ирина Роднина скептически относится к распространенному тезису о том, что система образования в СССР якобы была «лучшей в мире». По ее словам, у советской школы были сильные стороны, особенно в области точных наук, но называть ее безупречной и эталонной неправильно.
Роднина отмечает, что сравнивать советскую систему с другими странами всерьез никогда не пытались: не было ни открытой конкуренции программ, ни реального сопоставления результатов. «Образование тогда действительно давало крепкую базу, — подчеркивает она, — но утверждать, что оно было самым лучшим, не совсем честно».
Особенно критично бывшая спортсменка оценивает гуманитарный блок и, прежде всего, преподавание истории. Она признается, что, по сути, школьники в СССР изучали весьма ограниченный пласт знаний: главным фокусом были история собственной страны и история КПСС, тогда как мировая история рассматривалась поверхностно и фрагментарно.
Роднина обращает внимание: древность, средневековье, многие ключевые мировые процессы проходились вскользь. Даже события XX века, которые напрямую повлияли на судьбу планеты, в школьной программе были сжаты до идеологически удобного минимума.
Говоря о войнах, она подчеркивает, что знания о Первой мировой в советской школе были крайне урезаны. Учеников почти не знакомили с полнотой картины: предпосылками конфликта, расстановкой сил, интересами держав. По словам Родниной, многие выпускники советских школ так и не получили системного представления о том, что реально происходило в тот период.
Не менее однобокой, по ее мнению, была и подача Второй мировой. Она объясняет: школьникам рассказывали прежде всего о Великой Отечественной войне — о событиях на территории СССР, о героизме советских людей, о начале и завершении глобального конфликта. Но широкий контекст — боевые действия в Африке, участие различных стран, сложные дипломатические игры — зачастую просто выпадал из учебного курса.
Роднина задается вопросом: можем ли мы честно сказать, что, окончив советскую школу, действительно хорошо разбирались в мировой истории, причинах и последствиях крупнейших войн, роли разных государств? Ее ответ — скорее отрицательный. Именно поэтому она не готова идеализировать систему, где значительная часть знаний была подчинена идеологии, а многое в мировой истории подавалось в искаженном или усеченном виде.
При этом она не отрицает достоинств советской школы. В области математики, физики и других точных наук СССР действительно демонстрировал очень высокие результаты. Сильная теоретическая подготовка, строгая дисциплина, серьезное отношение к базовым предметам позволяли готовить специалистов, способных работать в наукоемких отраслях. Однако, считает Роднина, одного только успеха в точных науках недостаточно, чтобы объявлять всю систему безоговорочным образцом.
Переходя к современной ситуации, депутат признает, что российское образование пережило тяжелый период. Особенно болезненно, по ее мнению, отразились на школе и вузах 1990-е годы, когда в обществе укрепился стереотип: образование — не обязательное условие для успеха, а главное — уметь быстро заработать деньги. В то время многие действительно перестали воспринимать учебу как ценность, а престиж знания ощутимо снизился.
Сейчас, по оценке Родниной, эта тенденция постепенно меняется. Она уверена, что интерес к образованию за последние десять лет заметно вырос, особенно среди молодежи. Молодые люди чаще задумываются о профессии, карьерной траектории, возможностях, которые дает хорошее образование, и уже реже воспринимают диплом лишь как «галочку».
В то же время, подчеркивает она, реформы в этой сфере нельзя провести «одним махом». Образование — сложный, многослойный механизм, и простого решения здесь не существует. Чтобы изменить подходы, нужны время, ресурсы и, главное, люди, которые будут эти изменения реализовывать на практике.
Роднина напоминает, что в системе образования заняты миллионы работников, и «перезапустить» их всех под новые стандарты в одночасье невозможно. Требуется масштабная подготовка педагогов, продуманные программы повышения квалификации, выверенное обновление учебных материалов. Любая поспешная «ломка» может привести к еще большим потерям качества.
Она обращает внимание и на то, что требования к учителям сегодня значительно выше, чем к представителям многих других профессий. Педагог обязан постоянно учиться сам: знакомиться с новыми методиками, осваивать цифровые инструменты, адаптироваться к обновленным стандартам. Образовательная среда меняется буквально на глазах, и учитель, по сути, находится в режиме непрерывного профессионального роста.
Еще один важный аспект, на который указывает Роднина, — необходимость современного, продуманного содержания учебников. Нельзя ограничиться формальной заменой обложек. Нужно по-новому выстроить логику подачи материала, обеспечить баланс между российской и мировой историей, между классическими и современными знаниями. Именно через учебники у детей формируется целостная картина мира, и упрощения здесь недопустимы.
По ее словам, произошло и серьезное изменение отношения к образованию с точки зрения государства и общества. Если еще недавно учебные учреждения воспринимались как нечто само собой разумеющееся и не всегда приоритетное, то сегодня тема образования входит в число ключевых национальных интересов. Финансирование, внимание к инфраструктуре, статус учителя — все это становится предметом публичной дискуссии и политических решений.
Роднина уверена, что конкурировать с другими странами можно только при условии, что образование будет постоянно развиваться, а не опираться на ностальгические представления о «золотом прошлом». Она подчеркивает: важно честно признавать и сильные стороны советской системы, и ее слабости, особенно в части идеологизации и одностороннего изложения истории. Только так можно выстроить современную, сбалансированную модель, которая даст школьникам широкий кругозор и реальные знания о мире.
Отдельно депутат поднимает вопрос о воспитательной функции школы. В СССР она была тесно связана с идеологией, но современные условия требуют иного подхода. Речь идет не о возвращении к лозунгам, а о формировании у детей критического мышления, умения проверять информацию, сопоставлять факты и делать выводы. Без этого, по мнению Родниной, разговор о качественном образовании будет неполным, как бы ни были сильны учебные программы по отдельным предметам.
Она также подчеркивает, что важно уйти от крайностей в оценке и советского, и нынешнего образования. Одни до сих пор идеализируют прошлое, другие, напротив, безоговорочно обвиняют нынешнюю систему во всех бедах. Такой подход, считает Роднина, мешает трезво анализировать реальное состояние дел. Полезнее говорить о конкретных проблемах и достижениях, о том, что нужно перенять из прошлой практики, а от чего, напротив, стоит отказаться.
В контексте преподавания истории, о которой она так откровенно высказывается, Роднина видит задачу не только в расширении фактического материала, но и в изменении самой логики уроков. История, по ее мнению, должна перестать быть набором дат и фамилий и превратиться в живой рассказ о причинах, мотивах и последствиях. Важно показывать взаимосвязь событий, сложность выбора исторических фигур, а не только удобные для идеологии фрагменты.
Роднина считает, что нынешняя система уже встала на путь перемен, но до устойчивых результатов еще далеко. Главное, по ее словам, — не замыкаться в иллюзии, что «когда-то все было идеально», и не ждать чудесных реформ, которые все исправят за один год. Образование — это долгий путь, и успех здесь зависит от постоянной, кропотливой работы учителей, учеников, родителей и государства.
Таким образом, оценивая советскую и современную школу, Ирина Роднина предлагает отказаться от мифов — как о «лучшем в мире» прошлом, так и о «провальном» настоящем. Ее позиция сводится к тому, что у каждой эпохи есть свои сильные и слабые стороны, а задача сегодняшнего поколения — использовать прежний опыт, но строить систему, в которой дети будут не только хорошо знать формулы и теоремы, но и понимать, в каком мире они живут и как устроена его история.
