Фигурист Петр Гуменник выиграл турнир памяти Петра Грушмана, набрав суммарно 326,49 балла. Формально — это второй результат сезона в мире и лучший в России. По сути — показательный жест поддержки перед Олимпиадой, где такая оценка выглядит заведомо завышенной.
Последний старт перед Олимпиадой: проверка готовности
Пока на международной арене проходит Чемпионат четырех континентов — ключевой турнир перед Играм для стран, допущенных к старту, — Гуменник выбрал иной путь. Вместо зарубежного льда он вышел на домашний турнир памяти Грушмана, чтобы в максимально спокойных условиях отрепетировать олимпийский расклад: короткая, день отдыха, затем произвольная. На самих Играх пауза будет еще длиннее — два дня, и подобная «генеральная репетиция» важна не меньше, чем набор очков.
С этой задачей короткая программа Петра справилась более чем успешно. Он выдал блестящий прокат и набрал рекордные для России 109,05 балла — цифра, которая сама по себе производит впечатление и подчеркивает, насколько высоко сейчас оценивают его контент и компоненты внутри страны.
Сложнейший контент без поблажек
Перед произвольной программой было очевидно: Гуменник не собирается играть в осторожность. Петербуржец снова пошел на один из самых рискованных наборов в мире — пять четверных прыжков в одной произвольной. Для «тестового» турнира перед Олимпиадой это смелое, но логичное решение: если пробовать максимум, то именно здесь.
Разминка прошла ярко. Уже с первых минут Петр взялся за ультра-си: тройной аксель, затем четверной риттбергер, позже — флип, сальхов и лутц. По видеозаписи не все элементы были видны полностью, особенно прыжки у бортов, но общая картина была ясна: сложный контент он по-прежнему держит. Единственным ощутимым сбоем в разминке стала бабочка на сальхове.
Старт произвольной: сильное начало и щедрая оценка
На лед в произвольной Петр вышел с привычной внутренней собранностью. Начало программы — мощный четверной флип, за который он получил очень высокие надбавки за качество. На следующем элементе, четверном лутце, был заметен сбой: покачивание на выезде, грани по докруту. На международном старте такой прыжок, скорее всего, получил бы пометку q — недокрут на четверть оборота — или как минимум более сдержанный GOE.
Здесь же судьи проявили завидную лояльность: +3,45 за элемент выглядит слишком щедрым бонусом, учитывая качество выезда. Это как раз тот момент, когда становится заметно, что турнир носит не только спортивный, но и поддерживающий характер — перед главным стартом четырехлетия.
Усталость к середине программы и риск переполнения контентом
К середине проката стало видно, что запредельный по сложности контент дается ценой серьезных усилий. Четверной риттбергер и сальхов были выполнены, но на выездах чувствовалась усталость — неуверенное приземление, чуть смазанные линии, отсутствие идеальной чистоты, к которой привыкли болельщики на пике формы Петра.
При строгом судействе и к этим элементам могли бы возникнуть вопросы: по докрутам, по качеству прогиба, по позиции корпуса на приземлении. В финальной части программы вместо запланированного каскада 3–3 Гуменник сделал упрощенный вариант 3–2. Внешне это выглядело как осознанное, прагматичное решение: не рисковать падением и потерей на вычитаниях, когда усталость уже дает о себе знать.
Почему Петр отказался от еще более рискованного каскада
После проката фигурист признался, что рассматривал еще более амбициозный вариант: каскад с четверным флипом и тройным акселем в произвольной программе. В итоге он отказался от этого шага — и нынешнее выступление показало, что решение было абсолютно оправданным.
На разминке четверные прыжки у него идут чисто и с запасом. Но в условиях полного проката, когда накапливается усталость, добавлять сверхсложный каскад — это уже не демонстрация силы, а игра с огнем. Один неудачный элемент подобного уровня может обрушить не только оценки, но и уверенность перед Олимпиадой. Турнир показал: баланс между сложностью и стабильностью еще не идеален, и добавлять экстремальный контент в таких условиях было бы неоправданным риском.
Возможные корректировки программы
Логичный вывод, который напрашивается по итогам турнира, — стоит подумать о перераспределении нагрузки внутри произвольной. Один из вариантов — сдвинуть заключительный каскад (тройной лутц — тройной риттбергер) на более ранний участок программы, пока силы еще не на пределе. Это позволит Петра сохранить высокую базовую стоимость контента, но уменьшить вероятность упрощения каскадов в конце проката.
Также тренерскому штабу есть смысл еще раз внимательно разобрать хронометраж и расположение сложных прыжков: насколько разумно сгруппированы четверные, где достигается пик усталости, хватает ли времени «подышать» между крупными элементами. На Олимпиаде цена любой мелочи возрастает в разы.
Компоненты, дорожки шагов и «фирменный стиль»
Отдельного внимания заслуживает работа над презентацией. В дорожках шагов прибавилось эмоций, появилась более тонкая работа руками, пластика стала богаче. Петр стал увереннее «играть» музыку, не ограничиваясь только физическим выполнением элементов.
Перед прыжками нет затянутых заходов: в программе много хореографических вставок, которые органично связывают элементы, а не выглядят как паузы перед разгонной дугой. Одна из дорожек пока оценена лишь на третий уровень, что с точки зрения максимального набора баллов — резерв. Времени усложнить ее до четвертого уровня еще достаточно, особенно если акцентировать внимание на глубине рёбер, смене направлений и точности работы корпусом.
Вращения у Гуменника — стабильный сильный элемент. На этом турнире они уверенно потянули на четвертый уровень, без видимых провалов. Приятная деталь для болельщиков — возвращение его фирменного жеста: «выстрела» рукой после четверного сальхова в каскаде. Это не просто эффектный штрих, а часть узнаваемого стиля, который добавляет программам завершенности и харизмы.
326,49 балла: где заканчивается поддержка и начинается перебор
Итоговая сумма за два проката — 326,49 балла — выглядит аномально высокой, особенно если вспомнить, что произвольный прокат «не звенел»: были покачивания, усталость, упрощенный каскад, потенциальные вопросы к докрутам. Формально цифра выводит Петра на второй результат в мире за сезон и на первое место в России. По сути — это сигнал поддержки и демонстрация доверия.
Ни для кого не секрет, что Федерация фигурного катания Санкт-Петербурга стремится максимально поддержать своего олимпийца. Перед Играми важно, чтобы спортсмен чувствовал: в него верят, его ценят, его ставят в один ряд с лидерами мира. Но именно здесь возникает диссонанс: даже сам Гуменник, судя по реакции, выглядел слегка озадаченным такой «космической» оценкой.
Почему «рабочий» прокат сейчас лучше, чем «идеальный»
Если отбросить цифры и сосредоточиться на содержании, Петр выдал именно тот прокат, который сейчас ему больше всего нужен: рабочий, не идеальный, с видимыми зонами для доработки. Это полезнее, чем выдать максимум за пару недель до Олимпиады, эмоционально выгореть и приехать на главный турнир уже без ощущения роста.
Усталость, недочеты, необходимость что-то переставить в программе — это материал для анализа. И у тренерского штаба, и у самого спортсмена остается время на коррекцию нагрузки, акцентов и психологической подготовки. Куда опаснее было бы «улететь» на домашнем старте в абсолютно безупречный прокат и затем испытать давление ожиданий: «раз уже сделал, обязан повторить».
Что означает этот старт для перспектив на Олимпиаде
Турнир памяти Грушмана показал, что:
- Петр по-прежнему готов не отказываться от одного из самых сложных контентов в мире — пяти четверных в произвольной.
- Его короткая программа находится в отличной кондиции и уже сейчас тянет на высочайшие оценки.
- Физическая готовность позволяет выдерживать заданный уровень сложности, но ресурс в конце проката пока не безграничен.
- Компоненты и хореография растут, что особенно важно на международной арене, где конкуренция по артистизму ничуть не ниже, чем по технике.
Главный вопрос — устойчивость этого набора в условиях олимпийского давления. Там не будет щедрых «домашних поправок» к GOE и компонентам, не будет снисхождения к покачиваниям и пограничным докрутам. Протоколы станут значительно строже, а каждое подмигивание судьи исчезнет.
Что Гуменнику важно улучшить в оставшиеся недели
До Олимпиады у Петра и его команды есть несколько очевидных направлений работы:
1. Распределение нагрузки по программе. Найти оптимальный баланс между сложностью конца проката и физическим ресурсом, чтобы не приходилось упрощать каскады на ходу.
2. Докруты и чистота выезда. Отладить приземления четверных так, чтобы у международных судей не было повода ставить q или вычитать GOE.
3. Уровни дорожек шагов. Доработать самую слабую дорожку до четвертого уровня, усилив тем самым и техническую, и компонентную составляющие.
4. Стабилизация под давлением. Прокат на турнире памяти Грушмана прошел в относительно спокойной обстановке. Важно максимально приблизить тренировочные условия к стрессовым, которые ждут его на Олимпиаде.
Итог
Гуменник получил именно то, что нужно перед главным стартом: победу, поддержку, высокие цифры в протоколе и — не менее важно — набор конкретных задач для доработки. Оценка в 326,49 балла выглядит очевидным перебором и мало коррелирует с тем, как будут судить на Олимпиаде. Но эмоционально и психологически этот жест понятен: Петербургу и всему российскому фигурному катанию нужен уверенный, спокойный Петр, верящий в свои силы.
Его прокат на турнире памяти Петра Грушмана нельзя назвать шедевром, но именно такой «рабочий» вариант сейчас дает больше шансов подойти к Олимпиаде с запасом, а не на пике, который уже позади. Максимум от него ждут не здесь, а через несколько недель — на льду, где никакой местной поддержки и «поблажек» уже не будет.
