"Ей мама все купила", "а что, хвостик сама завязать не может?" - подобные комментарии Варвара Слуцкая давно перестала воспринимать всерьез. Дочь легендарной фигуристки Ирины Слуцкой улыбается, листая такие реплики: к хейту она привыкла и научилась отделять его от реальной критики. Тем более сейчас у нее есть то, что по-настоящему вдохновляет, - танцы на льду. В этот вид она пришла по очень простой причине: в какой‑то момент поняла, что больше не хочет жить в режиме вечной гонки за прыжками.
В откровенном разговоре Варвара рассказала о своем пути из одиночного катания в танцы, о том, как варит мыло и печет десерты, как относится к славе знаменитой мамы, о своих мечтах и даже о том, за кого болеет в футболе.
---
- Какие у тебя остались впечатления от прошедшего сезона?
- Этот сезон я запомню надолго. Он получился очень эмоциональным, местами тяжеловатым, но при этом самым цельным и зрелым из всех, что у меня были. Если сравнивать с предыдущим годом, прогресс чувствуется не только по элементам: стало гораздо больше уверенности, внутреннего драйва, кайфа от проката. Я иначе ощущаю себя на льду - не просто выполняю задания, а проживаю каждое движение.
- То есть первый сезон в новой команде и с новым партнером дался эмоционально сложнее?
- Да, тогда было психологически труднее. Я не до конца понимала, как "держать" программу от начала и до конца, как проживать музыку, чувствовать зрителя. Сейчас внутренний страх ушел, появилось доверие к себе и партнеру, и эмоциональная нагрузка уже воспринимается по‑другому.
- Был старт, где ты испытала максимум удовольствия? И наоборот - самый тяжелый турнир сезона?
- Больше всего мне запомнился этап в Магнитогорске. Там потрясающая публика: очень открытая, теплая. Ты катаешься и слышишь, как люди подпевают музыке, кричат "молодцы", "супер". Это невероятно заряжает, прямо физически ощущаешь, как становится легче кататься. А самый сложный старт, пожалуй, был в Саранске. Атмосфера там более напряженная, зрителей меньше, трибуны реагируют сдержаннее - эмоционально было тяжелее раскрываться.
Еще непросто дался Челябинск: я понимала, что это финальные соревнования сезона, все устали, но расслабляться нельзя. Нужно было собрать себя по максимуму, чтобы показать то, над чем мы работали весь год.
- Полные трибуны не добавляют волнения? Не страшнее ли из‑за этого?
- Наоборот. Мне комфортнее, когда арена заполнена, когда ощущаю, что за нас болеют и следят за каждым шагом. Это непередаваемое чувство - понимать, что твой прокат прямо сейчас проживают вместе с тобой. Я заряжаюсь от зрителей, а не зажимаюсь.
---
- Давай перейдем к началу твоего пути в танцах. Когда ты приняла решение сменить одиночное катание на танцы на льду и почему?
- В танцы я ушла в 2019 году. До этого выступала в одиночном у Вазгена Азрояна, пришла к нему сразу после Нового года. Прыжки у меня, мягко говоря, не всегда были надежными: что‑то получалось, что‑то нет. Зато я с детства любила именно скольжение, шаги, выразительность, работу под музыку. В какой‑то момент просто подошла к тренеру и сказала, что хочу попробовать себя в танцах. Сначала долго каталась одна, осваивала базу, потом начались пробы с партнерами. Первая пара существовала недолго, а дальше стало понятно, что нужно двигаться в ту группу, где развитие в танцах на льду - основное направление, потому что мой тогдашний тренер делал акцент на одиночном.
- В каких тренерских командах ты успела поработать до нынешней группы?
- Я меняла команды несколько раз, пока не нашла "свою". В группе у Ирины Владимировны Жук я встала в пару с Александром Талантовым. Мы вместе прошли длинный путь - от третьего спортивного разряда до первого. Это были настоящие этапы взросления: срыв тренировок, первые удачные старты, понимание, что такое ответственность в паре. К сожалению, наш дуэт распался по личным причинам.
В итоге я оказалась в группе Екатерины Борисовны Рублевой и Ивана Александровича Шефера. Для меня это сейчас самый комфортный, самый "мой" тренерский штаб. В этой команде я катаюсь с Глебом Гончаровым - и это уже похоже на то, как я когда‑то представляла себе идеальную партнерскую работу.
- Парное катание как вариант вообще не рассматривали?
- На самом деле нет. Я всегда тяготела именно к танцам: мне ближе работа с деталями, дорожки шагов, хореография, взаимодействие с партнером через музыку, а не только через сложные поддержки и выбросы. Поэтому парное катание само собой ушло из поля зрения, хотя я очень уважаю девчонок, которые этим занимаются - это огромный риск и колоссальная смелость.
---
- Первая тренировка в танцах на льду. Это была любовь с первого взгляда или растерянность?
- Скорее, растерянность. Я тогда с нуля осваивала совершенно другой подход: как давить в лед, как вести корпус, как "собирать" рисунок программы, а не просто прыгать элементы. Можно сказать, начинала со статуса новичка - базовые шаги, ребра, позиции. Но мои ожидания от танцев полностью оправдались. Мне понравилось, что здесь важен не один прыжок, а целостная картина - от первого до последнего такта музыки.
- Как вы с Глебом оказались в одной паре?
- На просмотр к Екатерине Борисовне Рублевой я пришла примерно в середине зимы. Почти четыре месяца каталась одна: шлифовала технику, учила обязательные танцы, ждала, когда появится подходящий партнер. В этот период Глеб как раз расстался с прежней партнершей и разместил анкету. Я увидела и сказала маме: "Вот было бы круто, если бы нас попробовали вместе". Но внутри были сомнения: желающих много, конкуренция большая.
Потом однажды утром Екатерина Борисовна подходит и говорит: "Варь, сегодня пробуем тебя с Глебом". У меня внутри все перевернулось. Я понимала, что это большой шаг, новый уровень и огромная степень ответственности. Нас долго смотрели, давали разные задания. Я уже успела подумать: "Ну, наверное, не поставят, надо снова искать". И вдруг к нам подъезжает Сергей Сергеевич Плишкин и спокойно говорит: "Варя, вы будете кататься вместе. Вот ваша музыка для произвольного танца, слушайте, привыкайте". Я реально не поверила сначала - стояла в легком шоке. А потом пришло чувство, что все случилось вовремя.
- Не было страшно выходить на старт уже не одной, а с партнером?
- Страха как такового не было. Скорее, долго приходило осознание, что теперь ты отвечаешь не только за себя. Что вы - команда, одно целое, и любое твое движение отражается на результате двоих. Нужно перестроиться: думать не только "я сделаю элемент", а "мы проедем его вместе".
- Контакт с Глебом возник сразу или были сложные моменты притирки?
- Без притирок не обходится ни одна пара. У всех свой характер, свое представление о том, как должно быть правильно. Мы тоже спорили: по поводу темпа, акцентов, каких‑то деталей. Но базовое взаимопонимание было с самого начала. Главное - мы оба хотим расти в этом виде, оба фанаты ледовых танцев. Со временем научились слышать друг друга, а не просто отстаивать свое мнение. Сейчас, мне кажется, у нас хороший баланс: где‑то я уступаю, где‑то он, в чем‑то вместе убеждаем тренеров.
---
- Как строится ваш обычный тренировочный день?
- Обычно это несколько выходов на лед плюс офп, хореография, растяжка. В танцах огромное значение имеет база: работа над ребрами, синхронностью, линиями. Мы много времени проводим над шлифовкой дорожек, твиззлов, поддержек. Иногда со стороны кажется, что мы просто катаемся под музыку, но за этим стоят часы одинаковых повторов одного и того же движения.
Помимо льда, у нас обязательная "залка" - там отрабатываем постановку корпуса, прыжки без льда, элементы поддержки, силовую подготовку. Без этого не будет ни стабильности, ни красивой картинки.
- Насколько активно мама участвует в твоей спортивной жизни сейчас?
- Мама всегда рядом, но не стоит у бортика с секундомером. Она знает, как тяжело постоянно жить в режиме спорта, поэтому старается быть именно поддержкой, а не еще одним строгим тренером. Если прошел неудачный прокат, она может просто обнять, рассказать какую‑то историю из своей карьеры, чтобы показать: падения - это нормально.
Конечно, у нее бывает свое мнение по программам, по образам, по подаче, но она никогда не навязывает. Скорее, делится опытом: "Я бы здесь попробовала вот так", "обрати внимание на руки в этом моменте". Для меня ее советы - это привилегия, но я ценю, что она не превращает их в давление.
- Обидно ли слышать фразу "ей просто все купили, потому что мама знаменитая"?
- Раньше задевало, сейчас - нет. Люди не видят наши тренировки, не знают, сколько часов я провожу на льду и в зале. Проще всего списать успехи любого спортсмена на "родителей" или "связи". Я к этому отношусь философски: те, кто хотят верить в стереотипы, все равно будут в них верить. Моя задача - выходить на лед и делать свою работу так, чтобы даже самые скептические понимали: за этим стоит труд, а не чья‑то фамилия.
---
- В одной из тем про тебя всплывала история с мылом. Расскажи, что это за занятие?
- Варка мыла - это мое небольшое хобби. Я начала с самых простых форм и ароматов, а потом втянулась: стало интересно придумывать необычные сочетания, играть с цветом и фактурой. Для меня это способ переключиться, занять руки и голову чем‑то творческим, но не связанным со спортом.
Иногда дарю свое мыло друзьям, тренерам, одноклубникам. Это такая маленькая радость, сделанная своими руками. Был период, когда я даже думала делать это более масштабно, но все‑таки спорт забирает больше сил и времени. Пока оставлю это как приятное хобби.
- Еще одно твое увлечение - десерты. Мечта о кондитерстве - это всерьез?
- Да, я очень люблю готовить сладкое: торты, пирожные, муссовые десерты. Нравится процесс - от выбора рецепта до красивой финальной подачи. Если бы не фигурное катание, я вполне могла бы представить себя в профессии кондитера или, по крайней мере, связать с этим какое‑то свое дело.
Сейчас я понемногу развиваюсь в этом направлении: смотрю мастер‑классы, пробую новые техники, экспериментирую со вкусами. Это помогает не зацикливаться только на спорте и понимать, что в жизни есть и другие сферы, где можно реализовать себя.
- Есть ли в планах профессионально учиться кондитерскому делу?
- После окончания спортивной карьеры я точно хочу получить образование, и кондитерское дело - один из вариантов. Мне нравится все, что связано с творчеством и красотой: оформлять десерт - это почти как ставить программу, только на тарелке. Думаю, если получится совместить спорт и учебу, обязательно сделаю это.
---
- Ты упоминала, что болеешь за Криштиану Роналду. Откуда такая симпатия?
- Я с детства смотрела футбол с папой, и Криштиану всегда выделялся для меня характером. Его история - про труд, дисциплину и постоянное желание быть лучше. Это очень откликается любому спортсмену. Мне нравится, как он относится к своей карьере, к телу, к тренировкам.
Иногда, когда тяжело, я вспоминаю, сколько лет он держится на таком уровне, и становиться проще терпеть еще один подход, еще одну тренировку. В этом смысле он - пример, что возраст и обстоятельства не могут быть оправданием, если ты действительно хочешь оставаться в деле.
- Может ли футбол чему‑то научить фигуриста?
- Конечно. Во‑первых, отношению к работе. Видно, как топ‑футболисты вкладываются в каждую тренировку, как восстанавливаются, как бережно относятся к своему телу. Во‑вторых, командности: даже если ты звезда, без партнеров ты не выиграешь. В танцах на льду это особенно близко - здесь тоже важна команда: партнер, тренеры, хореографы, медицинский штаб. И, наконец, футбол учит работать с эмоциями: вовремя собраться, не "сгореть" и выдать максимум в нужный момент.
---
- Как сильно на тебе сказывается узнаваемость фамилии? Чувствуешь ли ты давление из‑за того, что ты дочь великой фигуристки?
- В детстве я этого практически не осознавала. Потом, когда начала сама выступать, стало понятно, что к тебе изначально приковано чуть больше внимания: все ждут либо "вторую Слуцкую", либо наоборот - будут искать, в чем ты не дотягиваешь до мамы.
Но со временем я научилась разделять: у мамы свой путь, у меня - свой. Она сделала огромную карьеру в одиночном катании, а я выбрала танцы на льду. Мы разные спортсменки, разные люди. Да, меня часто узнают по фамилии, но на льду это не помогает и не мешает: там оценивают конкретный прокат здесь и сейчас.
- Есть ли у тебя цель доказать, что ты - не просто "чья‑то дочь", а самостоятельная спортсменка?
- Внутри, наверное, есть это желание, но я бы не назвала его "доказательством кому‑то". Скорее, я хочу сама себе показать, что могу добиваться результатов благодаря своему труду. Очень приятно, когда люди начинают говорить: "Вот это Варя Слуцкая, хорошая танцовщица", а не только "дочка Ирины". Но я понимаю, что сравнения все равно будут. Главное - чтобы они не мешали мне двигаться вперед.
---
- Если заглянуть на несколько лет вперед, какую ты видишь себя?
- В ближайшей перспективе я хочу стабильно выступать на высоком уровне в танцах, совершенствовать технику, брать новые высоты. Хочется, чтобы наши программы с Глебом запоминались - не только по элементам, но и по эмоциям.
Если смотреть далеко вперед, я вижу в своей жизни место и для спорта, и для какого‑то творческого дела - того же кондитерства или, возможно, работы с детьми в фигурном катании. Хочется делиться опытом, но и не терять себя вне льда.
- Что бы ты сказала девчонкам и мальчишкам, которые мечтают о фигурном катании, но боятся хейта или сравнения с кем‑то?
- Любой путь в спорте - это в первую очередь ваши отношения с самим собой, а не с комментариями в интернете. Хейт был, есть и будет, от него никуда не деться. Но он не должен решать, чем вы будете заниматься. Если вас по‑настоящему тянет на лед, танцевать, прыгать, кататься - пробуйте.
А сравнения... Люди всегда будут сравнивать. Важно сравнивать себя только с собой вчерашним. Стали ли вы сегодня хоть на шаг, на миллиметр лучше? Если да - значит, вы двигаетесь в правильном направлении.
